Юзеф Эльснер

Дорогой друг!

Все, что я читаю, что слышу о нашем любимом Фридерике, преисполняет мое сердце радостью, но, прости за мою откровенность, – для меня всего этого недостаточно, для меня, который имел мало заслуг, но большое счастье быть Твоим учителем гармонии и контрапункта, который всегда останется Твоим подлинным другом и почитателем. Странствуя еще in hac lachrymarum vale*, я хотел бы дождаться оперы Твоего сочинения, – не только для умножения Твоей славы, но также и ради той пользы, которую Твоя композиция могла бы принести музыкальному искусству в целом, в особенности, если сюжет твоей оперы будет взят из истории подлинно польской [события 1830-1831 гг.].

Не буду многословным, – во-первых, ты знаешь меня, – я не умею льстить, а, во-вторых, знаю (помимо Твоего Гения) особенности Твоего таланта, отмеченные критиком Твоих Мазурок. Только в опере предстанут они миру в истинном свете и обретут бессмертие. Ein Thonstück auf dem Clavier (sagt Urban) verhält sich gegen ein solches für dem Gesang, oder andere Instrumente wie der Kupferstich zu dem Gemälde*. Это мнение всегда останется верным, хотя некоторые фортепианные сочинения, а в особенности Твои, – в Твоем исполнении, могут рассматриваться как гравюра, исполненная в цвете.

Жаль, что не могу повидаться с Тобой, что мы не можем побеседовать друг с другом – много, очень много хотел бы еще сказать. И, наконец, – чтобы я мог лично поблагодарить за твой дар, для меня вдвойне ценный – мне бы хотелось сейчас быть птицей, чтобы увидеть Тебя в Твоей олимпийской квартире, – которую парижане называют ласточкиным гнездом – и я думаю, это верно, ибо они любят Тебя, как мы. Будь. здоров и люби меня, как я Тебя. Я же всегда есть и буду
Твоим подлинным и рас [положенным к Тебе] другом

Юзеф Эльснер

🗓14 cентября 1834 г.
📍Из Варшавы в Париж

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *